Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

 

 

Глава шестнадцатая.

На выходе из зала прилета меня уже ожидал водитель отца. Он вежливо поздоровался со мной и попросил подождать его у входа в аэропорт, пока он подгонит машину. Я кивнул, пытаясь прийти в чувство после не совсем удачной посадки. Едва я вышел на улицу из здания аэровокзала, меня обдало жаром, как будто я оказался в парилке сауны. Разминая затекшие конечности, я широко открывал рот в надежде, что тем самым сниму заложенность ушей.

Трудно в двух словах описать мое состояние. С одной стороны, я ужасно волновался из-за предстоящего разговора с  отцом, но, с другой стороны, чувствовал некоторое облегчение, потому что ситуация скоро должна была проясниться и наконец вывести меня из того неведения, в котором я сейчас находился.

Тем временем черный «Крузер» отца подкатил ко мне, и я не без удовольствия,  прячась от изнурительной жары, сел на заднее сидение. Всегда в поездках с малознакомыми людьми или, например, с таксистами  я стараюсь занимать заднее левое сидение, которое находится непосредственно за водителем, и тем самым минимизировать возможность общения с человеком, управляющим транспортным средством. Не то чтобы я напыщенный сноб, который избегает общения с людьми другой социальной группы, -  просто я очень не люблю притянутых за уши диалогов, в которых абсолютно незнакомый человек то ли от чрезмерной общительности, то ли от скуки пытается посвятить меня в свою личную жизнь, не спрашивая моего желания и отвлекая от каких-то мыслей. И мне, как человеку воспитанному, приходится выслушивать кучу совершенно ненужной информации, всем своим видом тем не менее давая понять, что мне это неинтересно. Но мои мимические посылы очень редко доходят до адресата, и в результате я вынужден либо мучиться от безудержного словесного поноса, либо все-таки прервать его недвусмысленным замечанием и весь остаток пути чувствовать к себе немую ненависть оскорбленного водителя.

Я развалился на заднем диване, наслаждаясь прохладой, созданной климатической установкой, и попросил водителя выключить музыку, сославшись на головную боль после перелета, чтобы не слышать ненавистный мне шансончик, бодро льющийся из динамиков. Кстати, безудержная любовь к блатным песням доброй половины населения нашей страны, а в особенности водителей различных мастей, - еще одна моя больная тема. Я не имею ничего против песенной любовной лирики и ее исполнителей с нормальными вокальными данными, но проблема в том, что такую музыку практически невозможно встретить в дискографии большинства драйверов. Зато хриплые и прокуренные голоса, подвывающие или кричащие «про третью ходку», «тяжелые скитания по лагерям», «голодное детство» и «отца рецидивиста», встречаются сплошь и рядом. И народ охотно   слушает эти душераздирающие истории и, хуже того, порой еще и невпопад подпевает исполнителям. Складывается впечатление, что эта бесчисленная масса людей уже побывала в местах не столь отдаленных либо жаждет туда попасть. То ли в их сердцах все еще трепещет блатная романтика девяностых, то ли наш жалостливый народ тем самым выражает свое сочувствие всем пострадавшим от властей, ибо, как известно, на Руси от сумы да от тюрьмы не зарекаются.

Вообще, если пообщаться с простыми людьми: поездить в маршрутках, пройтись по рынкам, послушать пожилых людей на лавочках, - а потом включить телевизор и посмотреть новости государственных каналов, то охватывает странное чувство, как будто ты живешь в двух разных странах. С экранов вещают о новых технологиях и реформах, которые кардинально изменят жизнь населения, а обычные люди только озадаченно разводят руками, не видя и не понимая этих новшеств. Первые лица государства с торжествующим видом сообщают об увеличении финансирования бюджетной сферы и повышении пенсий, демонстрируются впечатляющие диаграммы, а народ иронично констатирует, что зарплаты и пенсии поднимут только через полгода, а товары первой необходимости в магазинах подорожали сразу, причем несоразмерно выше обещанных прибавок. А если поговорить с любым водителем, то окончательно убеждаешься: «умом Россию не понять». Вроде бы цены на бензин обещают не поднимать, а они все равно растут. Чиновники мудрят что-то с дорожными налогами, включая их в стоимость топлива и разрешая областям самостоятельно снижать пошлины, но в результате получается, что налоги никто не отменяет, нефтяные компании задирают цены на бензин за считанные месяцы вместо обещанного постепенного повышения этих цен в течение трех лет. А дороги как были похожи на месиво после бомбардировок, так и остались.

Короче, пока власти и народ будут вращаться в разных плоскостях, ничего в нашей стране не изменится. И будут люди слушать шансончик, потому что привыкли готовиться к худшему и хранить в закромах соль, спички, муку, содержать огороды в надежде прокормиться, если вдруг что…

Пока я философски размышлял об особенностях национальной жизни, наш автомобиль отклонился от привычного мне курса и двигался в сторону, противоположную городу. Этот неожиданный факт насторожил меня.

- Валера, - обратился я к водителю, - а куда это ты меня везешь?

- Максим, все нормально. Отец попросил доставить тебя к нему за город.

Вот тебе раз. Это что же, мы на шашлыки едем? Или в такую жару папа решил поплескаться в термальных источниках? Как-то все это подозрительно и странно.

- Слушай, а куда конкретно мы направляемся? – снова спросил я.

- Да уже никуда, почти приехали, - уклончиво ответил Валера, сворачивая на проселочную дорогу, ведущую в какой-то коттеджный поселок.

Я решил больше не мучить немногословного водителя вопросами и потерпеть до места назначения. Через несколько минут наша машина подъехала к высокой ограде. Валера дистанционно открыл ворота, заехав внутрь чьих-то владений, и, посигналив, остановил джип у парадного входа в шикарный особняк.

На крыльце появился отец. Не торопясь и загадочно улыбаясь, он спустился по ступенькам навстречу нам. В недоумении я вышел из машины и протянул ему руку для приветствия.

- Здравствуй, сынок, - необычно ласковым голосом поприветствовал меня папа и вместо рукопожатия крепко обнял меня и слегка подтолкнул к входной двери. - Давай не робей, заходи внутрь.

Решив не торопить события и дождаться объяснений отца, заинтригованный, я вместе с ним зашел в дом и, пройдя через огромный холл, оказался в уютном кабинете с большим камином в углу. С любопытством оглянулся по сторонам: интерьер помещения очень напомнил мне обстановку в офисе отца. На стене недалеко от камина я заметил портрет Николая II в парадном мундире с орденами и лентами и, вспомнив свои рекомендации, которые были выполнены не по назначению, невольно улыбнулся. Отец, довольный произведенным на меня впечатлением, открыл небольшой бар, разлил маслянистую жидкость насыщенного янтарного цвета из резного хрустального графина в два коньячных бокала и протянул один из них мне. Несколько секунд мы стояли молча, затем он залпом выпил коньяк.

- Ну что, Максим. Я поздравляю тебя! - уже привычным для меня официальным  и одновременно торжественным тоном начал отец. - Твои душевные терзания закончены. Дело закрыто за отсутствием состава преступления. Так что можешь ни о чем больше не волноваться!

Меня как будто парализовало. Я молча смотрел на него, хлопая глазами, еще до конца не осознавая сказанного.

- Папа, тебе же нельзя пить, - неожиданно вставил я.

Он громко и заразительно засмеялся.

- Максим, ну ты и чудак! Неужели сейчас это единственное, что волнует тебя, - выдавил он из себя сквозь смех.

В этот момент будто огромный камень свалился у меня с плеч. Почувствовав подкативший к горлу ком, я быстро осушил свой бокал, ощущая в груди разливающееся тепло и нарастающий ритм сердца. Голова моментально закружилась, а перед глазами все поплыло от проступивших слез. Я практически ничего не понимал. Все это время мои нервы были как натянутая гитарная струна, которую сейчас взяли и перерезали ножницами. Эмоции просто захлестнули меня с головой.

- Спасибо, папочка! – как в детстве,  бросился я к нему с объятиями, смеясь и плача одновременно. А отец все хохотал, похлопывая меня по спине.

- Не за что, сынок, - повторял он снова и снова.

- Почему ты не сказал мне это по телефону? Ты даже не представляешь, как я переживал после твоего сообщения.

- А разве я мог пропустить такую бурю эмоций? - весело ответил отец и, повторяя меня, добавил:

            - Ты даже не представляешь, какое удовольствие сейчас доставил своему старику.

- Как вам это удалось? – наконец успокоившись, спросил я.

- Максим, это же Россия, - иронично ухмыльнувшись, ответил папа. - В этой стране можно все, правда, не всем. И давай на этой фразе мы закроем эту неприятную главу в нашей с тобой жизни. Хорошо?

- Нет, папа. Давай лучше вырвем ее и сожжем вот в этом камине, - смеясь, ответил я.

- Хорошо, сын. Так мы и сделаем.

- Кстати, папа, а что это за конспирация? Почему мы встречаемся за городом? И чей это дом? – опомнившись, поинтересовался я.

- Это наш дом, Максим. Мой и твой. Это, кстати, был еще один повод для твоего приезда в родной город.

Отец подошел к столу, открыл ящик, достал из него коробку в подарочной бумаге и протянул мне.

- Это тебе. Хотел вручить после выпускного, но было как-то не до этого. Поздравляю тебя с отличным окончанием университета! - отец крепко пожал мне руку.

Я с любопытством развернул подарок и чуть не лопнул от счастья. Внутри была коробка с золотым хронометром Rolex и гравировкой «Любимому сыну». Я всегда втайне мечтал о таких часах, но, конечно, не мог себе их позволить.

- Спасибо, папа! Ты даже не представляешь, насколько я рад!

- Вот и замечательно! Ты это заслужил. Пойдем, я покажу тебе дом.

Следующие тридцать минут отец с важным видом водил меня по своим хоромам, показывая три спальни, шесть уборных, зимний сад, бильярдную, бассейн, сауну и еще кучу всего. Дом действительно производил шикарное впечатление, хотя и был еще не до конца меблирован и декорирован. Думаю, когда отец окончательно завершит ремонтные работы, будет просто грандиозно.

После экскурсии я попросил отца отвезти меня в мою поспешно брошенную квартиру, по которой я очень соскучился, пообещав завтра обязательно отобедать с ним и его женой.

Оказавшись в своей любимой берлоге, я испытал чувство, близкое к эйфории. Родные стены, решенные дела с законом, искреннее общение с отцом, поблескивающий Rolex на запястье - неужели так много чудес может произойти за один день! Мне даже не верилось.

Я прошелся по квартире, как будто желая убедиться, что ничего не изменилось за время моего отсутствия. Затем достал из кейса свой любимый старенький кальян, смешал виноградный и мятный табак, налил себе виски и, воткнув в уши плейер, откинулся на спинку кресла, наслаждаясь моментом. Из состояния полного умиротворения и упоения меня вывел звонок мобильного телефона.

- Привет, Серега! Можешь меня поздравить! Отец уладил все мои проблемы. Так что я вернусь в Москву со спокойной душой и чистой биографией, - не давая ему вымолвить ни слова, выпалил я.

- Отлично! Я поздравляю тебя, братишка! - голос Сергея звучал очень бодро и взволнованно. - А ты можешь порадоваться за меня.

- Я с удовольствием, если ты объяснишь мне причину, - смеясь, ответил я.

- Макс, я воспользовался твоим советом и перешел в контратаку. Сердце Оли дрогнуло, и ее защита повержена. – Судя по всему, Сергей светился от переполнявших его эмоций. - Мы были близки с ней, - после паузы выдохнул он.

- Ну что же, я поздравляю тебя! И, как истинный джентльмен,  не буду выпытывать пикантных подробностей. Главное, что ты счастлив.

- Вот только есть одна проблема, - немного помолчав, озабоченно произнес он. - Теперь Оля считает себя виноватой и говорит, что нам лучше больше не видеться. Я даже не знаю, как мне быть и что делать дальше.

- А чего ты ожидал? Неужели ты думал, что она без зазрений совести в один момент бросит своего молодого человека, соберет вещи и переедет к тебе?

- Ну, в общем-то  нет, - Серега был явно растерян. - Вот только я не совсем понимаю, как мне вести себя в такой ситуации.

Мне стало смешно до жути. Мой друг сейчас был похож на школьника младших классов, который рассказывает своей маме о чувствах к соседке по парте, не зная, как быть после первого поцелуя.

- Слушай, Серый. Я скоро начну брать с тебя деньги за подобного рода консультации, - пошутил я. - Ты мне просто ответь на один вопрос: неужели ты и вправду думаешь, что Оля хочет, а самое главное, готова прекратить всяческое общение с тобой? Или она напугана, как девчонка, которая совершила плохой, на ее взгляд, поступок, а теперь пытается подавить свои чувства, прибегая к здравому смыслу в угоду общепринятой морали?

- Ну, второй вариант кажется мне более реальным, - не задумываясь, ответил Сергей. - Вот только что это меняет?

- Да, это, друг мой, меняет все. Ты просто дай ей немного прийти в себя, а потом продолжай в том же духе. Пойми, дружище, Москва не сразу строилась. Мне кажется, что все будет хорошо. Ты, главное, не ошибись.

- Спасибо, Макс. Я знал, что ты найдешь нужные слова, чтобы ободрить меня. С нетерпением жду тебя, - и, не дожидаясь ответа, отключился.

После нашего разговора я долго вертел в руках телефон, в очередной раз  раздумывая о превратностях человеческих судеб и о том, как одна-единственная встреча может круто перевернуть всю жизнь. Знакомство с Настей резко изменило мой взгляд на многие вещи. И теперь даже моя любимая квартира не казалась мне такой уютной, как раньше. Более того, все в ней теперь было для меня уже каким-то холодным и чужим. Не желая больше находиться в четырех стенах, я схватил ветровку и вышел на улицу.

Теплая тюменская ночь радушно приняла меня в своё тихое царство. Я долго гулял по знакомым и родным улицам города, наслаждаясь ночной свежестью. И незаметно для себя оказался на мосту влюбленных. Наверно, в каждом городе есть такое местечко, где любящие сердца пытаются увековечить свои чувства друг к другу. В нашем городе этой цели служил огромный пешеходный мост, увешанный замками, символизирующими союз двух людей, и испещренный надписями с признаниями в любви. Еще совсем недавно прогулки здесь вызывали у меня чувство иронии, но сейчас я с пониманием разглядывал разноцветные признания, сожалея о том, что у меня нет с собой баллона с  краской для того, чтобы запечатлеть еще один порыв чувств.

Неожиданно телефон издал звук входящего сообщения. Я с недоумением посмотрел на часы и полез в карман, не понимая, кто может отправить мне смс в такое время суток. Не поверив в увиденное, я перечитал текст еще несколько раз - это было сообщения от Игоря, состоящее всего из одного предложения: «Макс, я женюсь!». Эта сногсшибательная новость окончательно утвердила меня в мысли, что жизнь полна сюрпризов. Я еще несколько раз с наслаждением прогулялся по мосту и, напевая песню Земфиры «До свиданья, мой любимый город», направился домой, окрыленный, счастливый и уверенный в завтрашнем дне. 

 

Читать далее